検索キーワード： 日記・日誌

5 Nisan 1934 Tarihli Vakit Gazetesi Sayfa 7'den SEDAT SİMAVİ'NİN ROMANI: FUJİ YAMA Fuji Yama, Sedat Simavi'nin büyük bir hikayesi. Bir roman denebilir mi? Ona ister küçük bir roman deyiniz, isterseniz bir büyük hikaye... Edebiyat ustaları bu konu üzerinde kozlarını paylaşsınlar. Ben ona karışmam. Mevzu pek şirin, anlatayım:Tokyo Büyükelçisi, Tokyo elçiliğine daktilo götüreceği genç kızı seçmiştir. Fakat bu seçme işinde genç kızın güzelliğinin büyük bir rolü vardır.

A hungry pythoness on the prowl for Eternal Truth ... Why you should choose me over my competition is because I write from my experience that comes from being exposed to both the eastern and western style of living, where in the first half of my life it was east while the other half of my life in the west, which means it puts the burden of being that missing link that is needed to unite the east and the west!

All'improvviso, un vecchio baule: bell'inizio, per la storia di un attore. E in effetti il "tesoretto" di lettere e diari di sua madre Gigliola e di sua nonna Titina, ritrovato in una soffitta, si trasforma per Massimo Lopez in un vero e proprio viaggio, non solo nella memoria. Decide infatti di ricostruire tappa per tappa il passato della sua famiglia vagabonda, che girava di città in città seguendo il lavoro del padre. Cosa è rimasto delle case che ricorda?

Jack Kerouac’s archive is vast. Throughout his life he was constantly writing, and he meticulously saved and catalogued his material. The result is that beyond the work published in his lifetime there has been a rich stream of posthumous writing that is far from tapped. This collection of previously unpublished writing culled from the Kerouac archive, and as a companion to Paul Maher Jr.'s Becoming Kerouac, spans Kerouac’s adult life, from a journal written at age seventeen to autobiographical reflections a few years before his death.

Questa storia comincia una sera d’inverno, il 7 gennaio 1978. Davanti a una sede del Movimento sociale italiano nel quartiere Appio Latino, a Roma, vengono uccisi a colpi d’arma da fuoco due attivisti di destra. Da quel momento, i morti di Acca Larentia diventano icone intoccabili del neofascismo. Questa storia ricomincia il 30 aprile 1987, quando viene arrestato Mario Scrocca, un militante di estrema sinistra. Secondo gli inquirenti, Scrocca avrebbe fatto parte del commando che colpì ad Acca Larentia.

Nur wenige seiner Werke hielt Franz Kafka für gu genug, um der Nachwelt erhalten zu bleiben. Brief an den Vater ist der erst postum veröffentlichte Versuch, den ewig währenden Konflikt beider durch Beschreibung der Wesensunterschiede zu erklären.

When her mother Celia Paget died, Ariane Bankes inherited a battered trunk stuffed with letters and diaries belonging to Celia and her twin Mamaine. This correspondence charted the remarkable lives of the Paget sisters and their friends and lovers, including Arthur Koestler, Albert Camus, Sartre and de Beauvoir, Edmund Wilson and George Orwell.

In diesem detailliert beschriebenen Tagebuch des Jagdfliegers Rüdiger von Kirchmayr wird der Luftkrieg über Europa in eine neue Dimension gehoben. Wir begleiten den Soldaten durch seine Ausbildung hin zum Jagdflieger, seine ersten Einsätze an der Front und auch die ersten Verluste unter den Kameraden. Die Ritterlichkeit im Luftkampf unter Jagdfliegern wird ebenes beschrieben wie die unschöne Bombardierung von Zielen als Schlachtflieger Ersatz im Erdkampf.

Io sono Marilyn, sembra dire ogni parola di questo racconto struggente fatto di bellezza extraterrestre e sprecata, di amore infinito e sfinito, della donna più bella mai esistita, della donna più triste mai vissuta. Marilyn è un viaggio tra le lenzuola profumate di un’anima fragile in un corpo da bomba atomica. Marilyn icona, Marilyn desiderata dagli uomini di potere perché ambita e inarrivabile, Marilyn amante e mai moglie, Marilyn puttana e santa, Marilyn sopravvissuta a sua madre. Marilyn, la vita come un sogno a occhi aperti.

Diese Ausgabe der Selbstbetrachtungen des römischen Philosophenkaisers und bekannten Stoikers Marcus Aurelius – auch bekannt als Marc Aurel – bietet eine völlig neue und moderne Bearbeitung der weltweit angesehenen Übersetzung von George Long. Inklusive der Erklärung wichtiger stoischer Fachbegriffe und einer Einleitung von Guido Bellberg, dem Gastgeber des populären Stoizismus-Podcasts Der wilde Stoiker.

Rapidi, pastosi, materici come le pennellate di un pittore informale, i capitoli che compongono questa autobiografia, attraversano il Novecento più colto e avventuroso. Fra una risata irriverente e qualche nostalgia, Ezio Frigerio ricorda la sua lunga esistenza con una sorprendente lucidità sentimentale. Nato da famiglia benestante comasca durante il fascismo, l’autore non esita a sorridere malignamente della buona borghesia locale.

I could not imagine a world where everyone believes they think freely while another third watches them wander around like puppets doing the same repetitive things having burned out all their brain cells. They never questioned if they’ve even had a thought all their own.

"Оказывается, дома от газов взрывной волны меняют окраску: так человек меняется в лице от потрясения". Дневник русской поэтессы и переводчицы Веры Михайловны Инбер рассказывает о тяжелых днях войны в период с 1941 по 1944 годы и в полной мере передает трагизм блокадного Ленинграда. Подкосившиеся ноги — это от страха, когда разрывается бомба рядом. Смех и слезы — это от счастья, когда прибавили 75 граммов хлеба. Блокадный дневник самое честное и пронзительное свидетельство того страшного и героического времени.

В Дневнике писателя, не имеющим аналогов в русской и зарубежной публицистике, Достоевский напрямую общается с читателями и словно приглашает присоединиться к обсуждению глубоких тем, которым посвящено все его творчество: человек и Бог, добро и зло, свобода и судьба России. В заметках 1876 года особое внимание он уделяет анализу мировой политики того времени и духовных болезней русского общества, оказавшемся во многом пророческим. А результатом его размышлений можно считать впервые опубликованную в ноябрьской главе повесть "Кроткая", где писатель исследует отношения тирана и жертвы на примере обычной семьи.

Otto Julius Bierbaum, der als erster Mensch den Brenner mit einem Automobil überquert hat (zusammen mit seiner Frau und Chauffeur), findet in der Cassette seines Großvaters schriftliche Relikte (fast) längst vergangener Tage und lässt anhand dieser seine Twen- und Studienjahre Revue passieren. Diese abschließende Folge der Studentenbeichten-Reihe besteht aus zwei Erzählungen. In "Zwei Äpfel" führt der Ich-Erzähler seinen alten Freund "Franz" zu einem ganz besonderen Aussichtspunkt inmitten herrlichster Natur in der Nähe von Bozen.

В Дневнике писателя, не имеющим аналогов в русской и зарубежной публицистике, Достоевский напрямую общается с читателями и словно приглашает присоединиться к обсуждению глубоких тем, которым посвящено все его творчество: человек и Бог, добро и зло, свобода и судьба России. В заметках 1876 года особое внимание он уделяет анализу мировой политики того времени и духовных болезней русского общества, оказавшемся во многом пророческим.

Sheila Heti kept a record of her thoughts over a ten-year period, then arranged the sentences from A to Z. Passionate and reflective, joyful and despairing, these are her alphabetical diaries.

Otto Julius Bierbaum, der als erster Mensch den Brenner mit einem Automobil überquert hat (zusammen mit seiner Frau und Chauffeur), findet in der Cassette seines Großvaters schriftliche Relikte (fast) längst vergangener Tage und lässt anhand dieser seine Twen- und Studienjahre Revue passieren. Diese Folge besteht aus der Erzählung "Tolutolo oder wie Emil Türke wurde", in welcher der angehende Diplomat "Emil" sich in seine Nachbarin "Fräulein Gertrud" verliebt.

A collection of short stories about turning setback into comebacks. Author Troy Harris II was only sure of two things: he was uncomfortable, and in what seemed like a truly foreign land. As it turns out, he was just home less in Dallas....

Иван Алексеевич Бунин первый русский писатель, получивший Нобелевскую премию по литературе. В 1933 году автор Темных аллей и многочисленных рассказов получил мировое признание с формулировкой: "за строгое мастерство, с которым он развивает традиции русской классической прозы". Не секрет, что по резкости своих оценок, не только литературных, но и общечеловеческих, Бунин не знал себе равных. Не удивительно, что многие современники хотя и признавали его литературный талант, но отмечали сложность его характера и считали высокомерным снобом.